Музыка

Тристан Гарнер: «Мнение о клубе складывается не благодаря интерьеру, а благодаря привозам»

Тристану Гарнеру (Tristan Garner) всего 25, однако он уже несколько лет пребывает в статусе одного из самых титулованных французских ди-джеев. Музыкой он занимается практически с пеленок. Начинал с классической — десять лет своей жизни посвятил фортепиано. Сейчас успешный ди-джей и продюсер мечтает вернуться к тому, с чего начинал. «У меня есть идея совместить живое, например, оркестровое звучание с ди-джеингом. Мне нравится, когда люди не просто слушают живую качественную музыку, сидя в креслах, а еще и танцуют», — говорит Тристан, очаровательно улыбаясь. А танцуют на его перформансах все — играет ли он в родной Франции, на Гоа, в Майами, на Ибице или в Москве. Кстати, Ибица и Москва — это любимые места на профессионально-географической карте талантливого француза. О любимой публике, о своих планах зажечь в России вместе с Lady Gaga, а также о девушках и друзьях мы по-дружески побеседовали с Тристаном во время его последнего визита в нашу столицу.

Тристан, ты не первый раз в России. Тебе нравится выступать у нас?

Я уже выступаю в Москве раз десятый, так что, как видишь, нравится! (смеется) Тут безумно круто. Как говорится, «Moscow never sleeps». Бешеный город, невероятные люди, сумасшедшая атмосфера — всё, то нужно для ди-джея. Московская ночная жизнь мне напоминает мою любимую Ибицу. Точно, Москва — это северная Ибица!

Захвалил-то как! Но если объективно, ведь российским клубам ещё очень далеко до международного уровня?

Клубный бизнес в России молодой, так что для начала всё очень неплохо. Есть качественные площадки, талантливые диджеи, люди умеют отрываться. Но хочешь честно? Вам не хватает громких имен. Всего остального достаточно. Когда вы привозите каких-то реально крутых звезд, типа Morillo, Bob Sinсlair или David Guetta, тогда вы можете называться большим клубом. Мнение о клубе складывается не из того, какой дизайн внутри, а от того, кто стоит за вертушками. Например, в Париже один из главных клубов Queen club внутри напоминает дыру, зато там выступают настоящие звезды. И он считается лучшим. Поэтому сейчас задача московских клубов — привлекать крутых ди-джеев. И в первую очередь это работа промоутеров. Здесь важен как личный контакт, умение расположить и убедить, так и гонорар. Мы тоже кушать хотим, знаешь ли (смеется).

А в каких клубах в Москве ты выступал?

В разных, но больше всего мне понравился We are family. На мой взгляд, в Москве это первый клуб европейского уровня. Для меня очень важна звуковая система. Вот там она отличная, звук объемный. Я бы сказал больше — это очень грамотный проект с точки зрения музыкального бизнеса. Это новое слово в клубной индустрии, по крайней мере, в Москве точно. Ведь это же не клуб — это Disco Hotel. То есть люди могут чувствовать себя здесь комфортно хоть всю ночь. Здесь достаточно пространств разного типа и для разных целей. В общем, я бы здесь, пожалуй, и пожить мог (смеется). А вообще в любом клубе главное — это публика! В Москве она заводная, не пресная, реагирует на посылы. Для ди-джея это крайне важно. В России умеют отрываться, именно поэтому мне тут так нравится.

Тристан, ты уже настоящая звезда на клубной сцене. Планируешь как-то развиваться, экспериментировать? Чем будешь дальше удивлять?

Обожаю экспериментировать! И у меня в голове много проектов, которые хотелось бы реализовать. Сейчас я играю в стиле progressive house. У меня есть идея совместить живое, например, оркестровое звучание с ди-джеингом. Мне кажется, это было бы интересно. Я ведь в первую очередь музыкант, десять лет занимался фортепьяно.

Чтобы ты мог посоветовать молодым ди-джеям?

Чтобы добиться успеха, не нужно кого-то копировать. Наоборот, нужно быть самим собой. Не нужно стараться копировать Дэвида Гетту (David Guetta) — все равно не получится. Нужно слушать свой внутренний голос и нести свою индивидуальность. Я никогда не пытался никого копировать. Наоборот, я всегда шел своим путем, делал свою музыку и создавал фирменный стиль. И мне всего 25 лет, но я считаю, что моя музыка нравится людям. Она, черт возьми, работает. А для новичков дам совет: сложно сказать что-то новое там, где поработали Ван Дайк (Paul van Dyk) или Гетта, всё лучшее в существующем уже создано. Но нужно говорить новое слово, придумывать направления и не бояться экспериментов. Все в конце концов с чего-то начинали.

Есть мнение, что 50% успеха ди-джея — это правильно подобранный вокал. Вот как ты ищешь своих вокалистов, как работаешь с ними?

Я всегда стараюсь работать со своими друзьями. Работаю с Кристел Уотерс (Crystal Waters). У неё очень сильный, характерный голос. Обычно пробую записаться с несколькими вокалистами, затем сравниваю результаты. Здесь очень важно понять, есть ли связь между диджейским сетом и вокалом. То есть должна образоваться какая-то страсть, химия. Вокалист должен ловить кайф от того, что он делает. У меня есть студия в Париже, люди приходят ко мне записываться, но если я понимаю, что всё не то, то я еду в Нью-Йорк, в Лондон, хоть на край света, чтобы найти нужный голос. Если ты планируешь выйти за пределы клубного формата и, например, перейти в радийные ротации, то здесь вокал играет чуть ли не первостепенную роль. Я принимаю решение после первого прослушивания.

Какие профессиональные программы ты используешь? И были ли какие-то накладки с оборудованием во время сетов?

Всю жизнь пользовался Logic Pro от Apple — это вообще для меня лучшая программа. Для живых выступлений я использую Ableton Live. Там есть возможность что-то подредактировать. А поводу курьезов во время сетов — конечно, бывали. И происходят нередко. Не верь, если кто-то из ди-джеев скажет, что у него всегда всё гладко — это нереально. Ди-джей всегда должен иметь два микшера, ты знаешь, наверное. И вот в прошлом году, на одном из моих живых шоу на юге Франции один микшер сломался. Соответственно, миксовать я уже не мог. Так вот я придумал такой ход — я просил людей в зале петь. То есть они пели, а я быстро ставил следующий трек, за ним другой. Вот так и выкрутился. Вообще во время работы всякое бывало — это же живой процесс, очень многое зависит от настроения, от публики. Иногда люди приходят в клуб и ждут там r’n’b, поп или рэп. А я играю в своем стиле, играю house. Бывает, начинают выражать недовольство. Но я не расстраиваюсь. Нельзя же всем угодить.

В каких самых больших клубах тебе доводилось играть?

О, в прошлом году я играл в клубе Amnesia на Ибице. Это что-то фантастическое. Один из самых больших клубов на планете — рассчитан на 7 000 человек, и не простых людей, а нереальных клабберов. Это одно из самых ярких моих впечатлений. И ещё мне очень запомнилась Индия. Там я играл на пляжах Гоа. Вот это тоже невероятный драйв. Я семь часов играл на пляже нон-стоп, а вокруг отрывались несколько тысяч сумасшедших людей. Ещё люблю выступать в Майами.

А как тебе работается на родине, да и вообще в Европе?

Ты понимаешь, там есть ряд своих проблем. Во Франции в принципе с клубной индустрией дела обстоят неважно, поэтому мне приходится практически всё время проводить за границей. Люди не верят в нас, в молодое поколение диджеев. Для них существуют только большие имена. Но мне лично это странно, потому что в других странах мой стиль любят. А во Франции я играю только в Париже, и то крайне редко. Но я надеюсь, что в будущем французское общество преодолеет свою закостенелость и придет к тому, чем сейчас живет весь мир.

Какие вообще планы на 2010 год?

У меня много новых танцевальных треков, которые я готовлю для записи. В этом году я планирую перебраться в Нью-Йорк, чтобы поработать там со своими друзьями на студии. Но альбом пока записывать не буду — у меня сейчас нет на это времени. Для начала я хочу собрать свою клубную аудиторию, поиграть в разных местах, чтобы мое имя услышали именно большие мировые клубы. Сейчас я готовлю новый трек с моим другом испанцем Абель Рамосом (Abel Ramos). Он диджей номер один в Испании. Ещё работаю над одним грандиозным проектом, но это пока секрет. Потом буду покорять радийные чарты, а уж в последнюю очередь можно и за альбом засесть. Когда совсем старым стану (смеется).

С кем из мировых звезд ты хотел бы поработать? Кавер, может, на кого записать? На Мадонну (Madonna), например. Нынче это модно.

У Мадонны есть свои фавориты (смеется). А лично я — большой фанат Леди Гаги (Lady Gaga). Я бы с удовольствием поработал с ней над треком, кавером или даже над альбомом. Да вообще, над чем угодно. Лишь бы позвала.

А есть ли у тебя какие-то глобальные планы, типа в космос полететь или книгу написать?

Только если меня пригласят играть на орбитальную станцию (смеется). Вся моя жизнь — это музыка, я ничем другим не занимаюсь. Это не работа — это образ жизни. Я совершенствуюсь, развиваюсь, все мои планы связаны только с музыкой. Может быть, я займусь написанием санудтреков к фильмам. Это мне тоже интересно. Музыка — моя единственная страсть и любовь.

Ну не всё время же ты музыкой занимаешься. Ты же как-то отдыхаешь?

Да, я занимаюсь спортом. Совершаю ежедневные пробежки, но обязательно с плеером. А ещё в клубы хожу, подыскиваю для себя новые площадки. В общем, я наверное ненормальный фанатик.

А как же женщины…кстати, как тебе русские девушки? Не нашел себе невесту?

Мммм…я сейчас начну краснеть (смеется). Русские девушки очень красивые, глаза разбегаются, если честно. Все как будто модели. Но лично мне больше нравятся брюнетки с формами — испанки и бразильянки. Очень горячие штучки. Но русские девушки — это признанный эталон красоты. Так что спорить не буду.

Анна Щербакова

Оставить комментарий

Ваше имя
Эл. почта
Защитный код	Введите защитный код, отображенный на картинке